86cb87a7

Думбадзе Нодар - Собака



Нодар Владимирович ДУМБАДЗЕ
СОБАКА
Рассказ
Перевод З. Ахвледиани
История эта началась в августе сорок первого и закончилась ровно два
года спустя.
...Суровое дыхание войны наше село почувствовало уже через месяц.
Привыкший к зажиточной жизни колхозник не смог сразу осмыслить всего ужаса
происшедшего, не рассчитал своих возможностей, и случилось так, что амбары
и лари во многих домах опустели уже в августе, а в нашем доме и того
раньше...
Измученный водянкой дед Спиридон дни и ночи просиживал у камина, и
все заботы по хозяйству легли на мои плечи. Да что хозяйство! У меня и
сейчас начинает ломить спина, как вспомню, сколько я тогда натаскал из
лесу дров и хвороста: пропал бы бедный старик без тепла.
25 августа был съеден последний кусок мчади. Дед извлек из стенного
шкафа закупоренную кочерыжкой десятилитровую бутыль с водкой и сказал:
- Положи в корзину, ступай в Чохатаури и обменяй на пуд кукурузы.
Того, кто предложит меньше, облей этой самой водкой, разбей бутыль и
возвращайся домой... Водка тутовая, и в ней восемьдесят градусов, надо ж
понимать!.. Вот так.
Дед грустными глазами взглянул на бутыль, тяжело вздохнул и добавил:
- Ступай!
...Разбивать бутыль мне не пришлось. На базаре нашелся ценитель
водки, который вмиг оценил достоинства моего товара. Он без лишних слов
отсыпал мне в мешок пуд отборной желтой кукурузы, всунул в карман красную
тридцатку, погладил по щеке и велел явиться на следующей неделе.
Спустя минуту я стоял в столовой напротив базара.
- Котлеты есть? - спросил я буфетчика.
- А деньги у тебя есть? - в ответ спросил буфетчик.
- Есть!
- Сколько?
- Тридцать рублей!
- Покажи!
- Вот!
- Садись. Сейчас принесу.
- Три порции! - сказал я, снял со спины корзину и присел к столу.
- Ты что, парень, тронулся? - искренне удивился буфетчик.
- Нет, проголодался! - объяснил я.
- С картошкой или с макаронами?
- Две порции с макаронами и одну с картошкой. Каждую отдельно.
- Лимонаду сколько?
- Три! - ответил я и заранее отпустил пояс.
Буфетчик подозрительно взглянул на меня, но промолчал. Поставив на
стол три тарелки с котлетами и три бутылки лимонада, он ласково спросил:
- Куда ты девал ту тридцатку, а, парень?
- Вот она! - с достоинством ответил я, показывая деньги.
Буфетчик взял тридцатку, пощупал, посмотрел ее на свет, потом
распахнул грязный халат, расстегнул карман еще более грязной блузы и
опустил ее туда.
- Ты свободен! - сказал он с улыбкой и ушел.
В столовую забрела длинная, приземистая, тощая черная собака с
ввалившимися боками. Она несколько раз прошлась по комнате, искоса
поглядывая на меня, потом, осмелев, подошла ближе. Пожалев котлетку, я
бросил собаке макаронину. Она на лету схватила ее и проглотила. Я бросил
еще. Через минуту, решив привлечь мое внимание, собака несмело тявкнула.
- Вон отсюда, паршивая! - прикрикнул на собаку буфетчик.
- Как ее звать? - спросил я.
- А черт ее знает!
- Чья она?
- А я почем знаю, пропади она вместе с хозяином! Пошла вон! -
замахнулся на собаку буфетчик.
Поджав хвост, собака бросилась на улицу.
...Покончив с едой, я взял свою корзину и направился к двери.
- Сдачи не полагается? - спросил я буфетчика на всякий случай.
- Еще чего! - скривился он.
- Совсем ничего? - не сдавался я.
- Иди, парень, иди с богом!
При выходе из столовой я увидел давешнюю собаку - опасливо
оглядываясь, она приближалась к двери.
Не успел я сделать и десяти шагов, как услышал душераздирающий визг и
вой собаки. Затем она промчалась мимо меня, брос



Назад