86cb87a7

Дяченко Марина & Дяченко Сергей - Дикая Энергия



МАРИНА ДЯЧЕНКО СЕРГЕЙ ДЯЧЕНКО
ДИКАЯ ЭНЕРГИЯ
ЛАНА
Посвящается Руслане, которая стала Ланой.
М. и С. Дяченко
Часть первая
Я работаю пикселем.
Каждый день за час до заката прохожу через большую проходную у подножия единственного в городе холма. Прикладываю к сенсору удостоверение личности. В потоке других работников шагаю к раздевалкам.

Номер моей ячейки – 401/512, он же – номер моего рабочего места в самом центре экрана. Я – хороший, квалифицированный пиксель.
В шкафчике хранится моя роба, подогнанная точно по росту – до пяток. Я надеваю робу поверх плотного черного трико. Застегиваю сзади липучку. Застежка на робе должна лежать точно на четвертом позвонке.

Миллиметр влево или вправо – свет упадет под другим углом, и вот уже брак в работе. За это штрафуют.
Одевшись, беру с полки наушники и черные очки. Босиком выхожу из раздевалки и вслед за другими пикселями поднимаюсь вверх по лестнице. Идти очень долго, но я привыкла.

Отсюда, с лестницы, отлично виден город.
Я иду, подобрав край робы и стараясь не наступать на чужие подолы. Город остается внизу, темный, ощетинившийся башнями. В это время дня люди обычно выходят на улицы – смотреть энергетическое шоу.

А кто живет в невысоких домах – те, бывает, укладываются на плоские крыши, чтобы удобнее было смотреть в небо.
Я иду, пока не добираюсь до отметки «401», и тогда сворачиваю налево. Пробираюсь по узкому проходу, по дороге здороваюсь с другими пикселями. У Евы пятьсот тринадцатое место, у меня – пятьсот двенадцатое.

Она говорит, что я счастливая, потому мне достался счастливый номер. С удовольствием бы с ней поменялась, но это строго запрещено правилами. За это могут оштрафовать так, что навеки ноги протянешь.
Ева всегда приходит раньше меня. Когда я добираюсь до места, она уже сидит, скрестив ноги, на своей платформе и хрустит чипсами. Я усаживаюсь рядом, и она меня угощает.

Всегда угощает, пусть даже у нее останется последний ломтик.
Холм справа и слева от нас – плоская площадка на склоне холма – полностью заполняется людьми и гудит, как улей. До заката остается минут пятнадцать. Край неба на югозападе все ярче.

У нас над головами – низкие, плотные, серебристые тучи.
В наушниках начинается отсчет: пятьдесят семь… пятьдесят шесть… Мы встаем, надеваем очки, проверяем застежку робы на четвертом позвонке и поворачиваемся лицами к югозападу. Ветер покачивает тяжелые полы нашей рабочей одежды.
Платформа под босыми ступнями – гладкая и шершавая одновременно. Продолжается отсчет: пятнадцать, четырнадцать… пять, четыре, три, два, один… начали!
И приходит ритм.
Когда меня спрашивают о нашей работе, я не умею толком описать. Ритм может быть простой, тогда он означает просто «красный», «желтый», «синий» или «белый». В начале, на заставке, всегда простой ритм. Я развожу руки в стороны, и роба разворачивается во всю ширь.

Спереди она красная, сзади белая. Если поднять правую руку, раскроется желтая складка, левую – синяя. Видите, все очень просто: я поворачиваюсь на своей платформе и меняю цвет.

А если в наушниках вдруг наступает тишина, забрасываю полы на голову. С изнанки роба черная.
Проба на готовность прошла успешно. Мы опять стоим лицами к югозападу, где все светлее край облаков. Весь экран сейчас залит красным, но его никто не видит, кроме дежурного администратора да нескольких технических сотрудников…
В эту секунду солнце, опускаясь все ниже, выкатывается наконец изпод облаков, зависает между слоем туч и горизонтом. Яркий свет заливает склон холма и людейпикселей. Вот они



Назад