86cb87a7

Дяченко Марина & Дяченко Сергей - Варан



МАРИНА ДЯЧЕНКО, СЕРГЕЙ ДЯЧЕНКО
ВАРАН
Анонс
Ты можешь летать на птице или нырять на оседланном змее, дружить с магами
и бороться с чудовищами, но, какие бы чудеса ни творились вокруг, тебе
обязательно захочется узнать больше. Заглянуть за край привычного. И тогда
придется, бросив дом, бродить из края в край необъятной Империи, искать
единственного человека — того, кто разжигает огонь в очаге, кто знает, куда
уходят люди после смерти...
В романе «Варан» Марина и Сергей Дяченко вернулись к любимому жанру
фэнтези — яркому, захватывающему, романтичному.
Часть первая
Глава первая
Франта привезли на почтовой лодке. Среди мешков и ящиков старого Макея
пассажир выглядел нелепо — смешной коротенький плащ поверх щегольского
светлого костюма, над головой перепончатая штука, очень рохожая на зонтик
(когда лодка подошла ближе, Варан убедился, что это зонтик и есть, только не от
солнца, а от дождя. С такими игрушками ходят только верхние: приемщик с горной
пристани, например, в межсезонье смешит весь поселок своим клетчатым зонтом с
кружевами).
Было тихое серое утро. Ударяясь о воду, каждая капля дождя подпрыгивала
звонким столбиком, будто желая вернуться в небо, и оттого море казалось
ворсистым. Широкая, почти квадратная плоскодонка шлепала по морю лопастями
бортовых колес. Старый Макей вертел педали; пыхтение и покрякивание почтаря
разлеталось далеко над водой. Пассажир праздно сидел на корме.
— По-очта! — торжественно прокричал Макей, хотя никого, кроме Варана, на
пристани не было. — Добрые люди, примите поклон от близких ваших и далеких, за
добрые новости благословите Императора, за дурные прокляните Шуу! По-очта!
Голос у старика был не то чтобы приятный, но раскатистый. Варан заметил,
как чужак под зонтиком морщится, явно борясь с желанием заткнуть уши. Еще
подумает, что Макей напоказ горло дерет!
Варан вдруг обиделся за старого почтаря. Макей никому .не кланялся, но
уважал однажды заведенный порядок и бороду расчесывал надвое даже тогда, когда
приходилось неделями болтаться в открытом море. Не окажись в округе ни души,
Макей все равно прокричал бы уставное приветствие почтового цеха, только не
станешь ведь объяснять это молодому франту, развалившемуся на корме со
снисходительной ухмылочкой...
Лодка причалила.
— Привет, дядь Макей.
— Привет, Барашка. Это самое, кхе...
Ненатурально закашлявшись, Макей обернулся к пассажиру:
— Прибыли, это, ваша милость.
Милость сложила зонтик, кисло улыбнулась и, балансируя в шаткой
плоскодонке, поднялась на ноги.
Милости было на вид лет восемнадцать. Бесцветные мягкие волосы, невероятно
длинные — до плеч, наверное, — торчали из-под низко надвинутого капюшона.
Тонкие губы по цвету не отличались от бледных щек; самым ярким пятном на лице
пришельца был нос — ярко-красный, распухший от насморка, с нервно трепещущими
ноздрями.
— Гости к вам, — Макей покосился на Варана. — Вернее, не гости, а... это,
горни.
Почтарь испытывал, по-видимому, затруднения. Пассажир его был одет и
снаряжен как важная особа, но выглядел как простуженный сопляк и держался без
подобающего достоинства — вот выбрался на каменный причал, не дожидаясь, пока
сбросят трап... Опять же, если ты в самом деле горни — почему не путешествуешь
верхами?
Оказавшись на суше, чужак первым делом поскользнулся и чуть не упал:
— Ой... Добрый день, уважаемый. Я к вам с поручением от Императора.
Сказано было просто и буднично.
— Ко мне? — поперхнулся Варан.
— К вашему князю, — пришелец снова поскользнулся н



Назад